Михаил Новиков: - Задача капитана в том и состоит, чтобы избегать опасностей стихии. Но все предугадать невозможно. Например, во время кругосветного плавания 1996 года, тогда я был еще вторым помощником, мы шли в Токио и попали в шторм посреди Тихого океана.

В прогнозе давали 10 баллов, а получили все 12. А это волна до десяти метров высотой и ветер до 40 метров в секунду в порывах. Он тогда порвал нам несколько парусов. Вообще «Крузенштерн» строили с большим запасом прочности. Весь комплект мачт и рей весит около 200 тонн. Оба главных двигателя тогда работали на постоянный ход, но судно практически стояло на месте. Бывало, крен достигал 35 градусов. В таких ситуациях главное, чтобы люди чувствовали себя уверенно, без паники выполняли команды. И это полностью зависит от капитана. В экстремальных условиях провели двое суток. Несколько человек после такого испытания не захотели продолжать плавание, сошли на берег во Владивостоке и отправились домой. Но для большинства курсантов практика на парусном судне - одно из самых ярких событий в жизни.

- Говорят, у каждого судна - свой характер. Объяснить это с рациональной точки зрения невозможно, но… Что нравится вашему паруснику?

- Судно хорошо себя показывает в гонках. Ему нравится состязаться. Большая часть экипажа - молодежь. И энергетика, которую она излучает, сказывается на духе корабля. Нашим курсантам на заходах в иностранные порты нравится выстраиваться в линию, кричать всякие «кричалки», махать фуражками, подниматься на мачты, показывать, что они чему-то научились. Это создает некий задиристый образ самому судну. Оно показывает, что, несмотря на солидный возраст, может быть дерзким. У него характер настоящего винджаммера - так раньше говорили о парусниках, которые «выжимают» ветер.