Версия для слабовидящих РУС  ENG 

Журнал «Балтийский Бродвей» об учебно-парусном судне «Крузенштерн»

Восьми-полосный материал об истории и жизни знаменитого парусника опубликован в номере 14 (166), а также доступен в интернете.

Журнал «Балтийский Бродвей» об учебно-парусном судне «Крузенштерн»

Совсем недавно парусник «Крузенштерн» вернулся в родной порт, чтобы, спустя всего неделю, снова отчалить в сторону дальних берегов. Наш журналист Алексей Алеев два раза участвовавший в этих походах, записал для нас историю барка в именах, цифрах и фактах.

Часть первая: Встреча

Трижды в год Калининград оглушают доносящиеся из рыбного порта три протяжных глубоких гудка. Звуки эти настолько громкие и низкие, что отчетливо слышны практически в любой точке города, в любом помещении и за самыми плотными стеклопакетами. Гудки возвещают о прибытии в родной порт парусника «Крузенштерн» - грандиозного, величественного судна, пожалуй, одного из самых известных парусников на свете, действующего памятника взаимодействию знания и моря, механики и ветра, человека и стихии. Три гудка, данных «Крузенштерном» в родном порту возвещают о том, что море, ветер и стихия вновь покорены и подчинены.

Каждый раз гудки созывают к воротам рыбного порта несколько сотен человек. Приходят семьями: от бабушек и дедушек до братьев, сестер и внуков; приходят компаниями друзей. Для этих сотен человек возвращение «Крузенштерна» - праздник: в руках цветы, воздушные шарики, на лицах счастливые улыбки, атмосфера наэлектризована ожиданием. Когда ворота порта открываются, потоки людей спешат к выглядывающим из-за портовых строений мачтам, встречающие возбужденно и терпеливо выстраиваются вдоль борта «Крузенштерна». На борту, у первого грота, в это время построенные сто двадцать курсантов в парадной форме и белых фуражках получают последние наставления. Курсант «Крузенштерна» остается представителем своего барка, флота и страны и в родном порту, поэтому даже спускаться по трапу к близким обязан достойно, как полагается человеку, который видел, знает и умеет немного больше, чем все остальные, который последние пару месяцев занимался тем, что перемещался по воде и дышал морским воздухом. Капитан парусника и начальник Балтийской государственной академии рыбопромыслового флота, которой принадлежит «Крузенштерн» и курсанты которой составляют большую часть практикантов на судне, благодарят ребят за проделанную на барке работу и поздравляют с успешной сдачей экзаменов на получение первой морской профессии и приобретением ценза. Когда ребята с чемоданами и сумками спускаются по трапу прямиком в объятья к тем, кто пришел их встречать, кажется, будто весь порт наполняется осязаемым счастьем. Это те эмоции, за которыми «Крузенштерн» возвращается домой.

С 1991 года парусное судно «Крузенштерн» совершает, в среднем, три учебных рейса в год, в каждом принимают участие около 120 курсантов из разных учебных заведений Росрыболовства. Помимо курсантов Балтийской государственной академии, на паруснике проходят практику ребята из Калининградского морского колледжа, из Санкт-Петербурга, Астрахани, Ейска и даже из других стран. С передачей «Крузенштерна» в 1991 году Калининграду связывают самые славные достижения парусника и его модернизацию. За последние двадцать лет барк совершил две кругосветные экспедиции (1995-1996 и 2005-2006 гг.), несколько экспедиций трансатлантических, принял участие в наиболее крупных морских фестивалях и праздниках в самых разных уголках планеты, постоянно участвовал и занимал призовые места в соревнованиях и регатах, и, наконец, не просто остался на плаву, но стал тем, чем стал - «Крузенштерном», каким мы его знаем и представляем сейчас, гордостью флота и страны, действующим парусником с невероятной историей, которая и не думает заканчиваться.

Часть вторая: История

До 1991 года - периода своей «новейшей истории», «Крузенштерн» пережил многое. История судна началась еще в 1925 году, когда известный немецкий судовладелец из Гамбурга, компания Фердинанда Лайеша, заказала на верфи Дж. Текленборга в Гестемюнде возле Бремерхафена большой стальной парусник – четырехмачтовый барк. На постройку корпуса из стали ушло меньше года, и уже в 1926 году одиннадцатилетняя дочка одного из судовладельцев Эрика Лайеша, по одной традиции, разбила о кованный форштевень парусника бутылку шампанского, а по другой традиции, согласно которой названия судам давали женщины из большой семьи главы фирмы, нарекла новое судно Padua.

Стальной барк задумывался судном грузовым, и около 15 лет, с момента своей постройки и до 1941 года, таковым и проработал. В Европе в свои трюмы Padua грузила рожь, затем пересекала океан, в Южной Америке загружался селитрой и специями, и возвращался обратно. В трюмы Padua помещалось до 4000 тонн грузов, однако это не мешало стремительному паруснику, как его сейчас называют – «Последнему винджаммеру – выжимателю ветра» ставить рекорды при пересечении океанов и преодолевать такие сложные для любого судна этапы, как, например, мыс Горн. За время своего нахождения под немецким флагом, Padua совершил в общей сложности семнадцать рейсов, пятнадцать из которых были трансокеанскими, - в чилийские порты Южной Америки и Австралию. Двадцать восемь раз огибал винджаммер мыс Горн, десятки тысяч тонн грузов было перевезено в его трюмах. В 1938-39 годах Padua под командованием капитана Рихарда Вендта совершила рекордное по скорости плавание по маршруту Гамбург — Чили — Австралия — Гамбург за 8 месяцев и 23 суток.

Судно едва не погибло во время Второй мировой войны, однако пережило страшные годы, и в 1945 году перешло в качестве репараций Советскому Союзу. В январе 1946 года на Padua был поднят советский военно-морской флаг, а в феврале барк получил новое имя, под которым ему было суждено обрести новое рождение. Свое новое имя парусник получил в честь адмирала Ивана Федоровича Крузенштерна, ученого-гидрографа, воспитателя многих известных российских мореплавателей и руководителя первой русской кругосветной экспедиции 1803 – 1806 годов. С конца 1959 года «Крузенштерн» проходил капитальный ремонт и дооборудование на Кронштадтском морском ордена Ленина заводе, после чего в течение пяти лет работал экспедиционно-океанографическим судном под флагом военно-морского флота в составе большой группы других судов и выполнял научно-исследовательские работы в Атлантическом океане по программе Академии наук СССР, одновременно обеспечивая морскую практику военно-морских учебных заведений. В 1968 году «Крузенштерн» снова отправился на завод в Кронштадте, где в очередной раз прошел капитальный ремонт под наблюдением Морского Регистра СССР. За свой советско-российский период барк сменил без малого одиннадцать капитанов и несколько портов приписки, в разное время принадлежал и Риге, и Таллину, однако с развалом Советского Союза в 1991 году, приказом Государственного комитета по рыболовству барк был передан на баланс Калининградского высшего инженерного морского училища, ныне Балтийской государственной академии рыбопромыслового флота, которой принадлежит и по сей день.

Часть третья: Работа

Для осуществления работы на том, уровне, который взят 87-летним «Крузенштерном» на нынешнем этапе, для демонстрации его величия и мощи в портах различных стран мира, для участия в церемониях по всему свету, требуется усилие множества людей. Парусник представляет собой автономный организм в море, настоящее предприятие с общежитием на воде, в котором две сотни человек заняты работой для общего дела. Помимо проходящих практику 120 курсантов, на борту находятся еще 70 человек - членов постоянного экипажа, обеспечивающих жизнедеятельность судна. Это матросы, боцмана, механические и судоводительские службы, руководители практики, работники камбуза, медицинская и радиослужбы, и многие-многие другие.

Каждые сутки в море начинаются с объявления дежурным помощником капитана подъема в 7.00 по громкой связи на судне. Передатчики громкой связи имеются во всех без исключения судовых помещениях и на палубе «Крузенштерна», по ним объявляются команды для всех членов экипажа и курсантов, фактически по ним живут: работают, учатся, авралят, спят, едят, и выходят посмотреть на проходящие мимо суда. К тому времени, как начинается официальный рабочий день на паруснике, некоторые из членов экипажа уже трудятся вовсю: камбуз и судовая пекарня уже около двух часов заняты обеспечением пищей двухсот человек, всю ночь несут вахты штурманы и механики, ведь судно не стоит на месте. В 7.30 по громкой связи объявляется завтрак - к этому времени силами буфетчиков и дежурных бригад курсантов сервированы и подготовлены все столы, и приготовленная на камбузе пища подается в три столовые «Крузенштерна»: кают-компанию, столовую команды и столовую курсантов. Согласно давней традиции барка, и в кают-компании, и в столовой команды, и курсантской столовой все едят из общего котла: на «Крузенштерне» обед одинаков и у капитана, и у механика, и у курсанта.

Прием пищи на судне - ключевая составляющая его работы, а пищу принимают здесь четыре раза в день. Ежедневно курсантские смены отправляются на судовой продуктовый склад, где под тщательным контролем завпрода получают продукты для последующего приготовления на камбузе. В нескольких отсеках склада хранятся свежие фрукты и овощи, различное мясо, крупы и макароны, соки и консервы. Продуктовый склад «Крузенштерна» способен без пополнения запасов автономно обеспечивать четырехразовое питание всему курсантскому составу и экипажу в течение месяца. Запасы барк пополняет в иностранных портах, которых немало посещает за один рейс: таким образом, на судне всегда имеются свежие и разнообразные продукты. Другая гордость судна – свежий хлеб, который ежедневно выпекается в немыслимых количествах (несколько видов белого, черного, зернового – всего более полуторасотен буханок в день), и это не считая сладкой выпечки, которую получают курсанты и экипаж дважды в неделю, а также тортов и пирожных, которые выпекаются по особым случаям – как правило, на праздники и дни рождения.

После завтрака каждый уже примерно представляет, как проведет очередной день в море: экипаж и службы заняты своей повседневной работой, а курсанты ежедневно делятся на три смены – учебную, рабочую и вахтенную. В то время, как одни заняты в учебном классе лекциями, другие помогают с уборкой на камбузе и работают на палубе, готовя «Крузенштерн» к очередному заходу в иностранный порт. Однако, несколько раз в день все смены пересекаются на палубе. По громкой связи звучит команда: «Парусный аврал! Парусный аврал! Пошел все наверх!», и уже через минуту весь без исключения курсантский состав в снаряжении и со страховками выстраивается у своих мачт, за которыми каждого закрепляют еще в начале рейса, и получает команды своих боцманов. Во время парусных авралов происходят знаменитые подъемы на мачты «Крузенштерна» и работа с парусным вооружением на больших высотах. Но мачты – это не все: в то время, как одни заняты уборкой части парусного вооружения на 50-метровой высоте, другие заняты работой с такелажем и укладкой снастей. Еще курсантам приходится иметь дело с лебедками, которые отвечают за направления мачт – неизменным атрибутом «Крузенштерна» с самого момента его постройки в 1926 году, учат названия мачт и парусов которых тут несколько десятков, и изучают такелаж. Всеми этими знаниями они обзаводятся силами палубной команды «Крузенштерна» - матросов и боцманов, на пользу в этом деле идет любая работа на барке от чистки палубы до покраски вант.

Обед на судне по сухопутным меркам случается достаточно рано – в 11.30, однако, к этому времени не голодных, как правило, нет – свое дело делают упорная работа, свежий морской воздух, и постоянная качка. После обеда наступает «Адмиральский час» - особое время для каждого, кто хоть раз пробовал пожить по судовому расписанию – шестьдесят минут тишины и покоя, в которое каждый волен заниматься своими делами. Далее снова: работа, учеба, порядок. Вечера курсанты проводят, репетируя концертные номера для посетителей в портах захода, участвуя в самодеятельности и капустниках для развлечения самих же себя на палубе, соревнуясь в шахматных турнирах, просматривая фильмы в учебном классе и готовясь к зачетам и экзаменам. Три месяца в море пролетают невероятно быстро – это вам подтвердит любой, кто там был.

Эпилог: Прощание

Ровно неделя после возвращения судна в Калининград, место действия то же, и даже лица, кажется, те же самые. Рыбный порт, заплаканные мамы и бабушки, гордо улыбающиеся отцы и изо всех сил пытающиеся не подавать виду, мечущиеся по палубе и не до конца понимающие, где они находятся, курсанты. Напутственные слова, объятия, распределение мест в кубриках, сдача багажа и документов. Члены экипажа, если они не заняты курсантами, как правило, собираются в это время где-нибудь на корме судна, рассказывают друг другу истории, и суматоху предпочитают не замечать. Из них каждый уже давно знает, что эти 120 неуверенных в себе ребят, робко теребящих пуговицы своих бушлатов, с ужасом взирающих на высоченные мачты парусника и пугающихся доносящихся из передатчиков громкой связи команд через два-три месяца вернутся домой совершенно другими людьми. За эти два месяца им доведется расправить на мачте паруса в семибалльный шторм, вытравить шкоты, поскальзываясь на залитой морской водой палубе, увидеть самые красивые закаты в жизни и самое звездное небо, побывать на самых ярких праздниках и парадах, прогуляться с лучшими друзьями по променадам других стран в парадной форме. Это те два с половиной месяца, после которых меняется жизнь.

Отдавая швартовые и отдаляясь от берега, «Крузенштерн» снова дает три оглушительно глубоких гудка.

Издание: Балтийский Бродвей 
Текст: Алексей Алеев
Фото: Владислав Кобец